Требования Байкальской межрегиональной природоохранной прокуратуры о признании недействительными дополнительных соглашений к договору аренды лесного участка Арбитражным судом Иркутской области удовлетворены в полном объеме.
В настоящее время действия должностных лиц министерства лесного комплекса Иркутской области получают уголовно-правовую оценку.
Основанием для обращения в суд послужило незаконное заключение министром лесного комплекса Иркутской области дополнительных соглашений к договору аренды лесного участка, увеличивающих объем рубок в Падунском лесничестве более чем в 70 раз, предусматривающих незаконные сплошные и выборочные санитарные рубки без лесопатологических обследований.
Через аукцион был заключен договор аренды лесного участка только для проведения рубок ухода с ежегодным отпуском древесины 1,1 тыс. куб. м. В последующем допсоглашениями, подписанными лично министром лесного комплекса, увеличен ежегодный объем заготовки древесины при проведении рубок ухода, а также предусмотрена рубка спелых и перестойных насаждений, сплошные и выборочные санитарные рубки.
Сплошные и выборочные санитарные рубки назначены без проведения лесопатологического обследования и, как следствие, без надлежащих доказательств невозможности сохранения защитных лесов и выполняемых ими полезных функции при иных санитарных мероприятиях.
Прокуратура доказала необоснованность назначения санитарных мероприятий. Состояние лесов не требовало сплошных санитарных рубок, что подтверждается материалами прокурорской проверки, проведенной с привлечением специалистов.
Фактически стороны изменили предмет аукциона, предоставив права на осуществление иных видов рубок, чем предусмотрено первоначальным договором, и увеличили объем заготавливаемой древесины в 74 раза. Также с согласия министерства лесного комплекса Иркутской области произведена замена стороны в договоре аренды в обход процедуры торгов.
Как отмечается в сообщении прокуратуры, нерестоохранные полосы лесов относятся к категории ценных. Такая категория лесов подлежит освоению в целях сохранения полезных функций лесов. Их использование возможно только при условии совместимости с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими полезными функциями (ч. 4 ст. 12 Лесного кодекса РФ).
